Словно хищная птица, завидев добычу, Самолёт сделал круг у судьбы на краю, С диким шумом, подобным победному кличу, Цепко тень ухватил на бетоне свою.
Полоса застонала, как будто заспорив: «Я не просто бетон, я — преддверье небес! Так зачем же меня положил, приневолив, На останки людей взбунтовавшийся бес?!»
Взвыла бешено тень и рванулась в зарницу, Унося самолёт с испоганенных мест, Но не просто поднять ей железную птицу… Ноши нет тяжелей, чем для ближнего крест.